Notice: add_option was called with an argument that is deprecated since version 2.3 with no alternative available. in /var/www/vhosts/13/137992/webspace/httpdocs/tan.kz/wp-includes/functions.php on line 3543 МОНОТЕИСТИЧЕСКИЙ ТАНГРАИЗМ - Тәңірберген БердіоңғарТанирберген Бердонгар
Расписка при продаже квартиры, образец - fortstroi.com.ua
Информация о недвижимости - comintour.net
Чем штукатурят газобетон, смотрим на странице http://stroidom-shop.ru
rjUhEI9X9I49woG6r51mK8TBS1B17k

МОНОТЕИСТИЧЕСКИЙ ТАНГРАИЗМ

rjUhEI9X9I49woG6r51mK8TBS1B17k

 

 

Современный взгляд на древнюю религию
Григорий Васильевич ТОМСКИЙ
ЛРТО International, Paris, 2003Предисловие
Как и многие другие ученые, я верю, что человек освоит другие планеты и миры, что разум будет существовать всегда, пока существует Вселенная.
Трудно предсказать будущую эволюцию человека, разума и духовности. Ясно одно: Наука и Религия, играющие оба важную роль в человеческом обществе, должны измениться и пересмотреть свои взаимоотношения.
Подавляющее большинство французов считает, что “в наше время каждый сам должен определить свою религию, независимо от Церквей”, что интерпретируется как проявление индивидуализации веры – “одной из наиболее характерных черт” современности (Jean-Paul Willaime, “ Sociologie des Religion ”, Paris, PUF, 1995, p. 101). Только 16% французов считали, что “истинной является единственная религия” (Willaime, р. 102). Поэтому надо относиться по крайней мере терпимо к тому, что многие якуты продолжают практиковать свою традиционную танграискую религую, причем каждый по-своему.
В этой книге описывается моя индивидуальная религия, основанная на танграизме, и идеи о взаимоотношении между наукой и религиями. Такое видение мира позволяет встречаться и содержательно беседовать со многими яркими и интересными людьми, воспринимать глубже научную, философскую и религиозную литературу. Это позволяет начать поиск с излагаемой здесь точки зрения рационального звена в наиболее известных в мире и интересных религиозных или мистических системах.Мой танграизм
У каждого мыслящего человека настает время, когда он должен просистематизировать и переосмыслить свои взгляды на религию.
Необходимость и интерес индивидуальной религии
Приехав на годичную научную стажировку во Францию молодым кандидатом наук, я столкнулся с тем, что почти каждый новый собеседник интересовался тем, какой религии я придерживаюсь. В те времена я, как почти все советские граждане, считал себя атеистом. Я до сих пор ни крещен, ни прошел никакого, например мусульманского, обряда приобщения к религии.
Большинство французов воспринимало это с видимым удивлением, некоторые начинали задавать вопросы о традиционной религии якутов. В этом вопросе я был достаточно подкован. К тому же собеседники были в основном учеными, представителями точных наук, которые удовлетворялись краткими объяснениями. В парижских библиотеках нашел интересные материалы про шаманизм и про танграискую религию классического периода.
Вернувшись во Францию через четырнадцать лет, занялся совсем другим видом деятельности. Был в гуще международных чиновников и дипломатов, ученых всех профилей, деловых людей, журналистов и писателей, артистов и кинематографистов, графов и князей, часто людей очень высокого интеллектуального и культурного уровня. Велись беседы на самые разные темы.
Разговоры о религии стали более серьезными. Иногда от них могли зависеть результаты переговоров. Поэтому было лучше объявить себя более или менее верующим. Иначе по существующему у католиков предрассудку, партнеры могли начать сомневаться в твоих моральных качествах. Стал, можно сказать вынужденно, говорить, что являюсь танграистом.
Это не было лицемерием. Как каждый якут, я имел представление о нашем пантеоне богов и, не задумываясь глубоко, считал что наши предки были политеистами. Наши летние праздники ысыах по сути дела являются тангрианскими праздниками. А что говорить об обязательном обряде кормления духа огня при торжественных случаях или на лоне природы, о почитании священных мест, гор, деревьев. Благословения (алгыс) являются часто настоящими молитвами.
Правда язычники (то есть политеисты) не имеют высокого рейтинга в Европе. Я знал, что Чингис-хан и его потомки твердо придерживались монотеистических взлядов на тангрианскую религию. В нашем языке почти треть слов монгольского происхождения, многие якутские роды, например хоринские

и туматские проиходят от монгол, большинство якутских племен пришло на Среднюю Лену после распада в XIV веке после распада монгольской империи. К тому же монголы унаследовали свою религию от древних тюрков и гуннов, наших других предков. Это мне дало основание уверенно объявить себя монотеистом, не утверждая при этом, что другие якуты также придерживаются такой интерпретации танграизма. После популярного объяснения того, что такие великие люди как Аттила и Чингис-хан были танграистами, партнеры начинали видеть в меня представителя древней и престижной культуры.
Наука и религия
Внимательному отношению к таинственным явлениям меня подталкивает собственный опыт. Я был вещим ребенком (по-якутски «биттээх ого»). Мой отец, окончив речной техникум, был направлен на работу мотористом морского катера в дельту Лены. Зимой он работал мотористом электростанций в отдаленных деревнях. Я только начинал говорить, было мало игрушек и я строил домики из книг и спичек, населял их шахматными фигурами. Мои персонажи начинали жить своей жизнью и при этом иногда происходили с ними невероятные события.

Так однажды я сказал: «Это А. и К. (жители нашей деревни). Приехала милиция. Они арестованы.» Мать и бабушка были удивлены. Через пару дней приехали милиционеры из Тикси и увезли их. Оказалось, что они совершили преступление, но никто об этом в деревне не знал.
Жители этой отдаленной деревни зимой не получали свою зарплату деньгами. Раз в месяц приходила телеграмма о том, кто сколько заработал. После этого можно было отовариваться в пределах этой суммы в единственном магазине деревни. Часто телеграмма задерживалась. Жители деревни начинали спрашивать у меня: «Скажи когда придет телеграмма?» Я молчал. Потом говорил в один день на детском ломаном языке: «Телеграмма пришла. Будет масло, будет сахар.» На следующий день приходила телеграмма.
Однажды я заявил: «Л. приехал. Его мать Анна на радостях выпила водку и опохмелела.» Этому не поверили, так как всем было известно, что Л. должен сидеть еще несколько лет в тюрме, где-то вне Якутии: «Не может быть! В этот раз наш мальчик ошибается!» Но он вскоре, неожиданно для всех, приехал, освобожденный по амнистии.
Эта способность исчезла, когда мы покинули дельту Лены, переехали в Жиганск и я пошел в школу. Что же это было? Телепатия или что-то еще другое? Часто в книгах и в беседах со специалистами ищу ответ. Но я не верю расплодившимся в огромном количестве профессиональным гадальщикам. Согласен с Ив Линон, который пишет, что дар ясновидения не может быть только эпизодическим, не может длиться всю жизнь и может проявляться только в некоторых местах (Yves Lignon, «L’autre cerveau», Albin Michel, 1992).
Некоторые психологи говорят, что я потерял свой интересный дар из-за напряженной учебы и интеллектуальной работы, не исключено, что этот дар вернется, когда на пенсии смогу посвятить много времени медитации. Действительно, я много учился и занимался научной работой: стал доктором физико-математических наук, имею также дипломатическое и юридическое образование
Я знаю с каким трудом делаются научные открытия, как мало мы знаем. Наука как факел, как костер, который разгорается, освещает все больший участок знания, но дальше начинается неведомое, которое я буду называть в этом тексте Мистикой.
Долго прослужив Науке, не люблю бездоказательных рассуждений, дающих видимость объяснения той или иной области Мистики. Но Вера в те иные объяснения дело сугубо личное, если оно не наносит прямого ущерба другим. Считаю бесполезным спорить о существовании или несуществовании Бога (Тангара на литературном якутском языке, но я произношу на это великое имя на древний манер: Тангра).
Для меня Тангра является совокупностью всех неизвестных сил, полей и их источников, способных помочь человеку. Это также символ, позволяющий мобилизовать мои психологические и другие внутренние известные и неизвестные ресурсы. Кроме того в Тангра верили мои предки и я рад осознавать себя наследником оригинальной культуры, имеющей древние духовные традиции.

Этого мне достаточно. При таком понимании не возникает вопроса о местожительстве Тангра, облике, его роли создателя вселенной. Об этих вопросах не спорили много и наши предки.
Монотеистические религии отказываются дать формальное определение Бога ибо это, например, по христианской терминологии “нечто совершенное, беспредельное, бесконечное”, он неописуем, “невозможность определения того, что есть Бог, связана и с тем, что такое определение пытаемся дать именно мы -люди, то есть существа конечные, ограниченные. Создание подобного определения означало постижение бесконечной Божественной сущности конечными методами.” (Николай Чамеревский).
Таким образом, для меня короткая тангрианская молитва – это способ мобилизации своих психологических возможностей и жизненных сил, “подзарядка” дополнительными ресурсами из окружающей среды.
Вера существует даже в математике – самой точной науке. Современная математика основывается на разных системах аксиом. Выбор той или иной системы аксиом для своего исследования в некоторой степени отпределяется верой исследователя. Так некоторые математики с большой осторожностью относятся к понятию бесконечности и не верят во многие результаты классической математики, полученные, например, с использованием метода трансфинитной индукции.
Что же говорить о других науках, например, истории. Она насквозь пронизана верой. Нам достоверно известны только разрозненные факты. О многих событиях остались противоречивые свидетельства. В этих условиях до недавнего времени преобладала тенденция идеализировать своих отечественных деятелей, верить и очернять их противников. Принимались на веру только сведения, соответствующие такой интерпретации, все остальное отвергалось с негодованием.
Я не копаюсь сильно в истории танграизма и особенно в его истоках, не стараюсь восстановить ее “самую правильную” интерпретацию. Известные факты показывают, что это была великая религия в период своего наибольшего распространения.

Классический танграизм
На берегах Орхона (в современной Монголии) на каменных стелах высечены слова древнетюркских каганов: “Подобный Тангра и возведенный на трон волей Тангра”. Далеко на западе болгарский гид рассказывает туристам, посещающим развалины Шумена, древнего каменного города: “Это фундамент храма бога Тангра”.
Религия Чингис-хана
Когда победа в борьбе за власть стала склоняться в сторону Чингис-хана, он заявил: “Это с помощью и при покровительстве Вечного Тенгери я победил кереитов и достиг такого высокого положения”.
Его внук Хулаги писал Святому Луи, королю Франции: “Тенгери выбрал нашего предка Чингис-хана … своего сына.”
Сохранились и другие письма монгольских ханов, свидетельствующие об их вере.
Вот, например, отрывок из письма, отправленного 11 ноября 1246 года Великим ханом Гуюком Папе римскому Иннокентию IV:
“Слова правителя, ставшего волей Вечного неба ханом великого народа …
Волей Бога, под нашей властью находятся все территории от Востока до Запада. Если бы на то не было бы воли Бога, как могло бы такое случиться? Теперь вы должны сказать от всего сердца: мы будем вашими подданными, мы вам дадим нашу силу. Ты, собственной персоной, во главе королей, все вместе и без исключения, должны придти к нам, предложить свою службу и выразить почтение… А если вы не подчинитесь воле Бога, то станете нашими врагами.”
Рубрук цитирует письмо Великого хана Монка Святому Луи, написанное в 1254 году:
“Вот предписание вечного Бога. На небе есть только один Бог и на земле есть только один хозяин, Чингис Хан … Когда волей Вечного неба весь мир, от самого востока, где восходит солнце, до самого запада, где оно заходит, будет объединен в радости и мире, тогда будет ясно, что нам предстоить сделать.”
Рубрук был свидетелем интересного заявления Монка: “Мы, монголы, верим, что существует только один Бог … Он дал человеку много пальцев и, точно так же, он дал ему много путей.”
Эти документы показывают, что в эпоху Монгольской империи преобладала монотеистическая интерпретация танграизма. Причем это религия служила тогда для обоснования идеи объединения всех народов “в радости и мире”.

Князь Николай Трубецкой в своей книге “Наследие Чингисхана” (М., 1999) дает высокую оценку роли тюрко-монгольских народов в развитии российской государственности:
“Достоверно известно, что Россия было втянута в общую финансовую систему монгольского государства, и тот факт, что целый ряд русских слов, относящихся к финансовому хозяйству и продолжающих жить в русском языке и поныне являются словами, заимствованными из монгольского или татарского (например, казна, казначей, деньга, алтын, таможня) свидетельствует о том, что монгольская финансовая система в России не только была воспринята и утвердилась, но и пережила татарское иго… Если в таких важных отраслях государственной жизни, как организация финансового хозяйства, почтовых сношений и путей сообщений между русской и монгольской государственностью существовала непререкаемая преемственная связь, то естественно предположить такую же связь и в других отраслях, в подробностях констукции административного аппарата, в организации военного дела и проч.”
Не могу не процитировать мысли Трубецкого о системе Чингисхана. Хотя все это мне прекрасно известно и можно было бы написать своими словами, но они звучат убедительнее в устах русского князя чем якутского профессора, которого некоторые могут заподозрить в субъективности в этом вопросе. Поэтому цитата будет длинной:
“Чингисхан был не только великим завоевателем, он был и великим организатором. Как всякий государственный организатор крупного масштаба, он руководствовался не только узкопрактичными соображениями текущего момента, но и известными высшими принципами и идеями, соединенными в стройную систему…
К своим подданным, начиная с высших вельмож и военоначальников и кончая рядовыми воинами, Чингисхан предъявлял известные нравственные требования. Добродетели, которые он больше всего ценил и поощрял, были верность, преданность и стойкость; пороки, которые он больше всего презирал и ненавидел, были измена, предательство и трусость… после каждой победы над каким-нибудь царем или правителем великий завоеватель отдавал распоряжение казнить всех тех вельмож и приближенных, которые предали своего господина… И наоборот, после завоевания каждого нового царства или княжества Чингисхан осыпал наградами и приближал к себе всех тех, которые оставались верными бывшему правителю этой завоеванной страны до самого конца, верными даже тогда, когда их верность была для них явно невыгодна и опасна. Ибо своей верностью и стойкостью такие люди доказали свою принадлежность к тому психологическому типу, на котором Чингисхан и хотел строит свою государственную систему. Люди такого ценимого Чинисханом психологического типа ставят свою честь и достоинство выше своей безопасности и материального благополучия.”
Русский князь описывает благородство Чингис хана и его соратников в следующих словах:
“В сознании их всегда живет особый кодекс, устав допустимых и недопустимых для честного и уважающего себя человека поступков; этим уставом они и дорожат более всего, относясь к нему религиозно, как к божественно установленному, и нарушение его допустить не могут, ибо при нарушении его стали бы презирать себя, что для них страшнее смерти. Уважая самих себя, они уважают и других, хранящих тот же внутренний устав … человек рассматриваемого типа все время осознает себя как часть известной иерархической системы и подчинен в конечном счете не человеку, а Богу… Чингисхан сам принадлежал именно к этому

типу людей. Даже после того, как он победил всех и вся и сделался неограниченным властелином самого громадного из когда-нибудь существовавших на земле государств, он продолжал постоянно живо ощущать и сознавать свою полную подчиненность высшей воле и смотреть на себя как на орудие в руках Божьих.”
Трубецкой приходит к следующему выводу о роли танграизма в государственной идеологии монгольской империи:
“Будучи лично человеком глубоко религиозным, постоянно ощущая свою личную связь с божеством, Чингисхан считал, что эта религиозность является непременным условием той психической установки, которую он ценил в своих подчиненных. Чтобы бесстрашно и беспрекословно исполнить свой долг, человек должен твердо, не теоретически, а интуитивно, всем своим существом верить в то, что его личная судьба, точно так же, как и судьба других людей и всего мира, находится в руках высшего, бесконечно высокого и не подлежащего критике существа; а таким существом может быть только Бог, а не человек. Дисциплинированный воин, умеющий одинаково хорошо как подчиняться начальству, так и повелевать подчиненному, никогда не теряя уважения к самому себе, и поэтому одинаково способный уважать других и вызывать у других уважение к себе, по существу, может быть подвластен только нематериальному, неземному началу, в отличие от рабской натуры, подвластной земному страху, земному благополучию, земному честолюбтю. И проникнутый этим сознанием Чингисхан считал ценным для своего государства только людей искренне внутренне религиозных.”
Религия Аттилы
Известно, что монголы были продолжателями традиций степных народов,
идуших от гуннской эпохи.

Французский академик Рене Груссе в своей монографии «Империя степей» пишет: “Гунн, тюрк или монгол, человек степи с большой головой, мощным туловищем, короткими ногами, не слезающий с седла … совершенно не изменился в течении пятнадцати веков набегов на оседлые цивилизации” (Grousset, L ’empire des steppes, Payot, 1965, p. 119).

Приведу с комментариями “религиозные” отрывки из моего романа “Друзья Аттилы” (Париж-Якутск, 2001). Начну со своей интерпретации самоназвания гуннов:
« В отведенной им резиденции – большом восьмиугольном доме их ждал Сабир:
– Я вас уже давно жду. Расскажите, как прошла ваша встреча с Кере-ко.
Орест ответил:
– Она очень приветлива и любознательна, долго разговаривала с нами. Скажи нам, Сабир, неужели таугасты, которые правят теперь Китаем, тоже гунны!
– Вы говорите о табгачах? Почему они вас интересуют?
– Это невероятно, что гунны могут править успешно древней и великой империей!
Салвьен навострил уши. Сабир начал задумчивым голосом:
– Я не знаю хорошо, что там сейчас происходит. Но я могу вам рассказать интересные
вещи. Меня зовут Сабир потому, что я родился за Уралом. Эта страна называется Сибирь, как и
мой народ сибир или сабир.
-Но Вы же гунн!
– «Гунн» означает «кюн» или «кюн джоно» – люди солнечного племени». Мы все говорим
на близких языках, имеем почти одинаковые дома, одежду и оружие, и все верим в Тангра.
Некоторые произносят это великого имя «Тангара», другие «Тангри» или «Тенгри». Но мы делимся
на народы и племена. »
Моя интрерпретация самоназвания гуннов («him» по-латински) основано на среднеазиатском (согдийском) произношении «кип» названия этого народа и на якутском героическом эпосе, героями которого являются не якуты, а люди солнечного племени. Описание религиозных ритуалов гуннов подкрепляет эту догадку (поклонение Небу, Солнцу и Луне). Характерен в этом плане титул их правителей: “Рожденный Небом и Землей, поставленный (т.е. посаженный на трон) Солнцем и Луной Великий шанюй”. Причем титул “щанюй”, сильно смягченный китайским произношением, можно интерпретировать как “хан-ый” – “луноподобный хан”. Многие исследователи, например, академик Рене Груссе и профессор Николай К. Антонов считают, что известное по китайским источникам слово tcheng-li, «является транскрипцией тюркского и монгольского слова тангри» (Grousset, L’empire des steppes, p. 54).
Я верю этой точке зрения, но не призываю никого тоже верить этому. Неверие в данном случае мне кажется менее обоснованным чем вера. Моя вера дает мне удовольствие чувствовать испытывать гордость за предков и снимает всякое чувство неполноценности в беседах с любыми партнерами.
« – Тангра – это ваш бог?
– Это единый и всемогущий Бог. Мы думаем, что христиане и мы верим на самом деле в одного и того же бога. Но вам лучше поговорить об этих вопросах с нашими белыми шаманами.
– Ты родился за Уралом?
– Да, на берегу реки Иртыш. Я воспитывался моим дедом, так как мать умерла рано, а отец ушел в поход на Запад с ханом Мундзуком и не вернулся с войны. Деду было уже много лет, но он был все еще крепок и строен, быстр в движениях. Он рассказывал, что его отец сопровождал вождя сабиров, поехавшего по приглашению одного гуннского хана в Китай.

Салвьен непроизвольно воскликнул:
– В Китай?
– Да, в Китай. Моего прадеда больше всего поразило, что одним из виночерпиев этого хана был пленный китайский император.
Орест поразился:
– Китайский император! Как наш бедный император Валерьен, взятый в плен персидским шахом Сапором.
– Этот китайский император был виночерпием и мыл посуду после банкетов.
– Валерьен был вынужден вставать на колени каждый раз, когда Сапор садился на коня. Сапор наступал ему на спину или даже на шею, чтобы сесть потом в седло.
Сабир вспомнил обычай знатных гуннских дам садиться на коня, наступая на спину слуги, встающего на четвереньки сбоку лошади. После паузы он сказал:
– На следующий год он был казнен, и гуннский хан взял в плен нового императора, который
был вынужден заменить в роли виночерпия своего предшественника.
Подобного последовательного пленения двух императоров не было в римской истории, и Орест заметил:
– Валерьян быстро умер от горя и переживаний. Говорят, что шах Сапор приказал сделать
из него чучело на память о своей победе, но я этому не верю. »
Император Цин Хуай-ти (Tsin-Houai-ti) был пленен гуннами в 311 году и казнен в 313 году, его преемник Цин Мин-ти (Tsin-Min-ti) был пленен в 316 году и казнен в 318 году (Grousset, L’empire des steppes, p. 97).
« Сабир удивленно посмотрел на римлян. Все замолчали. Тишину нарушало только потрескивание огня в камине. Сабир вышел из задумчивости и продолжил свой рассказ:
– Мой дед служил в войсках табгачей несколько лет. Он привез прекрасное оружие, его
меч имел рукоять из слоновой кости, а шлем был инкрустирован золотыми узорами. »
Табгачкое завоевание Китая, завершившееся провозглашенией новой династии Вей, «произвело такое сильное впечатление на народы Средней Азии, что с тех пор их именем стали иназывать Северный Китай, их примеру последовали византийцы: Tabgatch по-тюрски, Tamghadj по-арабски, Taugast по-гречески» (Grousset, L’empire des steppes, p. 105).
« Орест сказал немного уставшим голосом:
– До Китая очень далеко. Мы очень мало знаем, что там происходит. Это, по правде говоря,
нас мало интересует. Римское посольство там было только один раз несколько веков назад.
Сабир оживился:
– Зато нас это интересует. Побежденные далеко народы могут завтра оказаться рядом и начать с твоим народом борьбу за пастбища. Поэтому мы в курсе всего, что происходит в Великой степи от Дуная до Китайской стены.
– Мы в Италии почти ничего не знаем, что происходит рядом в лесах Северной Европы.
– В лесах ситуация совсем другая. Там живут слабо организованные народы, говорящие на слишком разных языках. В великой степи все говорят на близких языках, все передвигаются на быстрых конях, обычным приветствием при встрече является слово: «Рассказывай!». И если ты не при исполнении служебных обязанностей, ты должен остановиться и обменяться интересными новостями. Твой рассказ должен быть точным, гунны не умеют и не любят врать.
Этот обычай называется «Узун кулгах» – «Длинное ухо».

Орест улыбнулся:
– Мне сегодня Керка так и сказала: «Расскажите нам, что интересного происходит в римском
мире».
Он посмотрел на Салвьена:
– Она так обаятельна, что я с удовольствием рассказал ей все, что знаю. Я так усердно
отвечал на ее вопросы, что даже забыл сказать, что сопровождал в детстве Аттилу из Равенны
в Рим.
Сабир поправил:
– Не Керка, а Кере-куо! Мы гордимся нашим молодым ханом Аттилой и ее прекрасной
супругой. Да хранит их всемогущий Бог! »
Я объясняю себе этим обычаем языковое единство саха, расселенных на огромной территории. Об удивительной правдивости якутов писали командиры гражданской войны Байкалов и Строд. Пленные повстанцы рассказывали им даже о своем личном участии в засаде на красного командующего Каландрашвили. Якутский рынок служил главным источником сведений о том, что происходит в повстанческой армии.
© Г.В. Томский, Макет дворца Кере-ко, 2003
Имена жен Аттилы известны по греческим источникам: Керка, Енга, Еска, Илдиго. Характерное окончание «ка», «го» я сближаю с «куо» героического эпоса.
МОНОТЕИСТИЧЕСКИЙ ТАНГРАИЗМ
Историк Жан-Поль Ру в своей фундаментальной монографии «Религия тюрков и монгол» пишет: «Существует удивительный контраст между исторической значимостью алтайских народов и небольшим количеством исследований, посвященных их религии.» (Jean-Paul Roux, La religion des Turns et des Mongols, Payot, 1984, p. 45). Большинство тюрксих народов теперь считаются мусульманами, монгольские народы стали буддистами. Только саха (якуты) в своем большинстве продолжают придерживаться в своей повседневной жизни танграиских традиций. Следующие отрывки полезны для понимания исторической роли гуннских народов
« По приглашению принца Элляха его учитель Онегез и римляне расселись вокруг большого круглого стола в одной из комнат дворца Кере-куо. Принцу исполнилось тринадцать лет, но у него уже был загорелый и мужественный вид .»
Интересно чисто якутское имя старшего сына Аттилы «Эллях = Эллээх».
« Орест спросил:
– Нас поражает, что все народы Великой степи от Дуная до Китая говорят на близких
языках и имеют почти одинаковый образ жизни.
Онегез посмотрел на римлян потом на Элляха и сказал:
– Принц Эллях любит исторические предания и легенды. Попросим его ответить на ваш
вопрос. Он понимает достаточно хорошо по-латински, но еще не говорит
бегло. Я помогу ему с переводом.
У Элляха загорелись глаза:
– Извините, но я действительно предпочитаю слушать героический эпос, предания и
легенды, чем учить произведения…, – он посмотрел с улыбкой на Онегеза: …греческих и
латинских писателей. Я люблю охоту и дальние путешествия. Наши предки говорили, что сила
гуннов в верности традициям!
Орест спросил:
– Все знают легенду о Ромулусе – основателе Рима. Есть ли аналогичная легенда о ваших
предках?
Эллях начал торжественно:
– Я расскажу вам о Модуне – первом великом хане гуннов. Он жил шесть веков назад.
Это не просто легенда, его помним не только мы, но и китайцы, и согдианцы. Их купцы часто
приезжают в нашу страну.
Онегез коротко прокомментировал:
– Это время пунических войн, начало могущества Рима. И в это время далеко на востоке
гунны тоже заложили основу своего могущества.
Эллях продолжил:
– Модун был сыном гуннского хана. Его мачеха хотела, чтобы потом власть досталась по
наследству ее сыну. Она уговорила отправить Модуна заложником к соседнему народу, потом
она добилась того, что гунны пошли войной на этот народ, обрекая принца на верную гибель.
Однако расчет злой мачехи не оправдался – мальчик, проявив чудеса храбрости и находчивости,
убежал из плена и вернулся к гуннам. Отец разрешил ему в награду иметь свою армию в десять
тысяч всадников. Модун начал невиданные ранее в Великой степи преобразования. Юный
принц разделил свое войско на тысячи, сотни и десятки, ввел железную дисциплину. Он одел
воинов в одинаковые доспехи, даже количество стрел в их колчанах было одинаково.

Салвьен заметил:
– Примерно в это время Камилл, потом Мариус ввели железную дисциплину в войске,
благодаря которым маленький Рим завоевал сначала Италию, потом все другие соседние страны
и народы.
Онегез сказал с нескрываемым ехидством:
– От которой мало, что осталось! Теперь легионеры не любят надевать доспехи. Уже
почти три века назад легионеры начали жаловаться на невыносимую для них тяжесть доспехов,
которую они стали надевать все реже и реже, они получили постепенно разрешение не носить
шлемы и панцири. Тяжелое вооружение их предков стало не по силам их слабым рукам. Готы и
аланы, не говоря уже о более воинственных гуннах, чувствуют преимущества доспехов, они
легко обращают в бегство дрожащих и почти голых римских солдат, чьи головы и грудь открыты.
Орест согласился:
– К сожалению, это правда. Теперь итальянская молодежь дрожит даже от одного
звука горна.
Силвьен посмотрел на него неодобрительно. Конечно, это горькая правда, но лучше было бы не говорить об этом в присутствии иностранцев. Эллях продолжил после паузы:
– В один день, чтобы проверить дисциплину своего войска Модун построил свою армию
и приказал воинам вынуть из своих колчанов по одной стреле и выстрелить в его любимую
жену.
Орест воскликнул с неподдельным ужасом:
– В свою любимую жену!
Салвьен был еще не женат – он остался более спокоен и спросил:
– А сколько тогда было лет Модуну?
– Примерно шестнадцать.
Лицо Элляха приняло суровое, почти жестокое выражение:
– Воины выстрелили по команде, молодая женшина упала, утыканная стрелами как еж.
Командиры обошли строй и проверили количество стрел у своих воинов. Те, у кого жалость
победила воинский долг беспрекословного подчинения, были выведены из строя и им отсекли
головы.
Орест нахмурил брови, а Силвьен сильно сжал губы. Эллях продолжал свой рассказ бесстрастным тоном:
– С тех пор гуннское войско разделено на армии, тумени, тысячи, сотни и десятки,
отличается своей железной дисциплиной. Вскоре Модун со своими воинами устранил от власти
своего отца и мачеху. Гунны поддержали его и провозгласили своим ханом. Модун переворужил
и реорганизовал всю гуннскую армию, ввел строгие и справедливые законы, победил всех своих
соседей и Китайскую империю, которая признала империю гуннов равной себе и стала платить
дань.
Онегез подтвердил:
– Законы Модуна стали обычаями и соблюдаются до сих пор. Гунны считают, что Модун-хан после смерти вознесся в небо и стал божеством судьбы. Орест спросил:
– Это удивительно! Какой выдающийся деятель! А как потом гунны оказались на берегах Волги?
Эллях объяснил с тоном учителя истории:
– Китайский шелк и золото развратили гуннов, и они начали слабеть. Более четырех
веков назад гуннская империя разделилась на Восточную и Западную империи.
Онегез отметил:
– Точно так же как Римкая империя разделена теперь на две империи!
МОНОТЕИСТИЧЕСКИЙ ТАНГРАИЗМ
Орест и Салвьен издали возгласы удивления. Эллях, довольный произведенным эффектом, продолжил свой урок истории Великой степи:
– Потом Восточная империя распалась на Северный и Южный союзы. При царившей
тогда анархии эти слабые союзы трудно называть государствами.
Онегез снова добавил свои комментарии:
– Мы или наши дети увидят, какая из двух римских империй распадется на Северное и
Южное государства. »
В этом отрывке первый гуннский император назван Модуном (обычная транскрипция его имени “Модуэн” (Mao-touen по-китайски)). Имя Модун (“могучий” на языке саха) вполне соответствует его деяниям. Таким образом, я думаю, что «Mao-touen = Модун».
“Настал большой день для гуннской столицы. Праздник Солнца. До восхода солнца люди собрались на специально устроенном месте к западу от столицы. Все были одеты в лучшие праздничные одежды. Сабир привел римлян на место для почетных гостей недалеко от царского шатра. На мачтах развивались знамена племен и военных подразделений. Люди рассаживались по кругу вокруг своего знамени на ковриках или прямо на траве.
На востоке на фоне светающего неба как на ладони была видна панорама столицы с его дворцами и затейливыми башнями. Из шатра на западном конце праздничного поля вышел жрец, называемый у гуннов белым шаманом, в сопровождении мальчика и девочки. Все были одеты в белые одежды, шаман держал в руках бубен, а дети шли сзади и держались каждый за одну из двух длинных кожаных веревок, свисающих со спины шамана. Сабир объяснил:
– Мы называем себя племенами Солнца с поводьями за спиной ибо для нас Солнце олицетворяет Бога, который своими лучами правит нами как конями.
– Значит Тангра – это бог солнца!
– Тангра – бог всего, что существует. Солнце является его самым великим творением. У него много имен: Улу Тангра – Великий Бог, мы в Сибири говорим “Улу Тойон Тангра”, Юрюн Тангра – Белый, т.е. солнечный Бог, саки говорят “Ард Тангра” или “Аар Тойон Тангра”.
– Что означает слово “аар”?
– Многие западные саки, как и аланы, говорят на другом языке, чем гунны. Говорят, что они понимают персов. Для них “ард” или “аар” означает “бог”.

Этот эпизод инспирирован рассуждениями А.И.Гоголева о скифских компонентах якутской культуры (Якуты, Якутск, 1993, с. 23).
“Шаман под мерный, но тихий грохот барабанов торжественно прошел к восточному концу поля и остановился. Барабаны замолчали. Римляне заметили, что недалеко от каждого знамени был зажжен небольшой костер, возле которых стояли шаманы и другие жрецы разных племен и воинских подразделений. Возле царского шатра они тоже увидели костер и шаманку, которая на банкете сидела в почетном месте за соседним столом.
– Это Удаган – приближенная Кере-куо, – пояснил Сабир.
Наступила полная тишина. Все повернулись на восток в ожидании восхода. Римляне невольно любовались панорамой столицы на фоне утренней зари. Когда показались первые лучи солнца, шаман поднял руки к небу, ударил три раза в бубен и прочитал торжественным речитативом молитву. К нему пошли семь девушек и девять парней, одетых в белые легкие одежды. Шаман с ними совершил еше несколько красивых обрядов, обрызгал землю кумысом -шипучим напитком из кобыльего молока. Потом он направился к царскому шатру, благословил Кере-куо и его сыновей: принца Элляха, четырехлетнего Узун-Тура, двухлетнего Дезенгизиха и встал рядом с ними.”
Имя “Узун-Тур” можно интерпретировать как “стой долго”, т.е. “живи долго”. “Денгизих” напоминает тюркское “тенгиз” или даже “чингиз”.

“Удаган продолжила церемонию для Кере-куо по обычаю ее племени сака. Все женшины сака были в праздничных высоких конусообразных шапках.
– Племя Кере-куо с древности известно под именем “сака в стреловидных шапках”, – рассказал Сабир. – Раньше такие шапки носили и их мужчины. Их цари носили золотые доспехи. Они живут недалеко от озера Иссык-куль.”
Cакский воин в изумительных золотых доспехах и в остроконечной шапке (высотой в 65 см при росте в 165 см) был найден экспедицией К.А.Акишева в 1969 году. С ним найден текст из 26 букв древнейшего рунического алфавита, написанный почти 2500 лет назад.

« К римлянам подошел христианский епископ Гуннии, благословил их и прочитал молитву. Потом он направился к группе латинских и греческих секретарей Аттилы. Когда епископ прошел дальше к другой группе христиан, из группы секретарей отделился Онегез и подошел к римлянам:
– Смотрите на нашу столицу! – воскликнул он. – Город Солнца!
Действительно, под лучами восходящего солнца панорама гуннской столицы была великолепна.
– Девять концентрических стен символизируют девять ярусов неб, – объяснил Онегез.
Купола башен, напоминающие остроконечные шлемы гуннских богатырей и окрашенные
в голубые и золотистые тона, покрытые лаком, блестели под лучами солнца. Восемь широких улиц как лучи выходили от городского кремля с царскими дворцами. Город был построен с размахом. Дома не лепились друг к другу – все имели большие дворы, огороженные с одной стороны частью одной из девяти стен. Салвьен подумал: “Для такого города не страшен пожар.” Он уже давно заметил, что дворцы стоят на каменных фундаментах и разные их части соединены каменными переходами, чтобы избежать опасности большого пожара: “Как все продумано!” Онегез объяснил:
– На востоке Гунии есть несколько городов, одна из них является второй столицей Гунии.
– Я там был, – заметил Сабир. – Она больше этого города, но уступает по великолепию.
– Эта столица является для Гунии “окном в римский и германский мир”, – сказал Онегез.
– Аттила хочет произвести впечатление на народы Европы.
– Почему тогда он не строит каменные здания! – удивился Орест.
Онегез объяснил:
– Он считает, что римлян и греков невозможно превзойти в этом деле. Он не хочет иметь
бледные копии римских городов. Не забудьте, что гунны и их вассалы владеют многими бывшими
римскими и греческими городами в своей части Паннонии, в Дакии и на берегу Черного моря.
Многие их этих городов начинают восстанавливаться жителями. Аттиле ничего бы не стоило
убедить Оруоса перенести столицу или хотя бы свою резиденцию в один их этих городов.
Он посмотрел с гордостью на панораму столицы:
– Раньше город имел только две стены, он расширен и перестроен по плану Аттилы в
духе гуннских традиций. Германцы зовут наш город Атиллобург или Етзельбург.
МОНОТЕИСТИЧЕСКИЙ ТАНГРАИЗМ

– Да, он создал неповторимый город! согласился Орест.
– Мы много построили за последний год, – сказал Онегез, – благодаря римским деньгам.
– Благодаря римским деньгам? – воскликнули одновременно Орест и Салвьен и посмотрели озадаченно друг на друга.
– Согласно условиям договора с Аэцием за одолженную ему армию мы получили одновременный взнос в нашу казну. Потом по возвращению каждый солдат платил налог со своей зарплаты наемника. Можно сказать, что новый дворец Кере-куо построен на деньги Галлы Пласидиа.
– Мы отдали десятую часть нашего вознаграждения казне, – подтвердил Сабир.»
Гуннская столицы описывается на основе сведений, резюмированных в трудах Гиббона, Мориса Бувье-Ажам и Мишель Луа и других
авторов.
«Праздник продолжался и развеял помрачневшее было настроение римлян. Молодые девушки и парни в нарядных одеждах принесли им на подносах пищу и кумыс. Орест отнес кусок пищи и отдал духу огня. После такого завтрака начались игры, но многие остались на месте у знамен разговаривать со своими соплеменниками или друзьями. Сабир тоже пошел к своим. Онегез повел римлян к царскому шатру. Кере-куо и Айта в остроконечных шапках и гуннских нарядных платьях с ажурными жабо вокруг шеи встретили их с улыбкой. Возле них стояли двое германских принцесс в таких же шапках. “Как женщины поддаются моде!” – подумал Салвьен.”
Намек на модные в средние века наряды евпропейских дам, носивших высокие конусообразные шапки (по-французски “hennin”, что возможно происходит от слова «him» – «гунн»).

“ Удаган и епископ дружески беседовали о чем-то важном. Римляне и Онегез поклонились Кере-куо и дамам. Потом они подошли к епископу. Было удивительно видеть на груди епископа равносторонний крест на цепочке и на груди Удаган тоже равностронний крест, образованный из четырех пар плавно закругляющихся во внешнюю сторону линий, выгравированный внутри большого серебряного круга. Епископ догадался о причине удивления римлян и объяснил:
– Вы привыкли к кресту в виде буквы “Т” ибо на таком кресте был распят Иусус. Но здесь
мы носим равносторонние кресты, более привычные гуннам. Впрочем похожие кресты теперь
часто можно видеть в Восточной римской империи.
Орест еще раз сравнил взглядом два похожих креста на груди епископа и шаманки и спросил:
– А что означает крест для гуннов? Мы видим такие кресты на многих знаменах,
на коновязах, одежде и колчанах.
Епископ посмотрел на Удаган и начал объяснять:
– Тангрианский крест – очень древний символ. Каждое племя интерпретирует его
по-своему …
Шаманка ему что-то сказала на гуннском языке. Епископ перевел:
– Например, племя сака считает такой крест стилизованным изображением двуглавого
священного орла. Гунны верят, что необычные птицы или золоторогий олень являются
посланниками Бога. После их появления в жизни народа всегда происходят важные события.
Орест задал епископу, заинтересовавший его глубоко вопрос:
– Думаете ли вы, что гунны и христиане верят в одного и того же бога?
Епископ убежденно ответил:
– Несомненно. Я сейчас перевожу Библию и Евангелие на гуннский язык, отождествляя
при этом Бога с Тангра. Я много раз обсуждал этот вопрос. ”
При переводе Библии и Евангелие на якутский язык христианский Бог был действительно отождествлен с Тангара (я часто произношу “Тангра” в соответствии с традиционной транскрипцией, принятой в исторической литературе).
“- Но мы знаем, что существует бог судьбы Одун-хан. Не признак ли это многобожия? Епископ поправил:
– Модун-хан – первый гуннский император – был канонизирован в народной памяти. Я
его сравниваю с католическими святыми. Его справедливые и строгие законы считаются
инспирированными ему самим Тангра и безусловно выполняются всеми гуннскими племенами
до сих пор. Тангра – единый и всмогущий Бог, окруженный другими божествами, являющимися
его частью и выразителями его власти.
Салвьен вспомнил не совсем ему понятные рассуждения философов и споры о христианской святой троице, ангелах и архангелах. Епископ повторил уже услышанную римлянами формулу:
– Как Бог дал человеку много пальцев, точно так же он дал много путей к
единому Богу.
Вспомним формулу из олонхо “Одун-хан ураагынан, Чынгыс-хан ыйаагынан” (“по решению Одун-хана, по велению Чингис-хана”) или близкие к этому выражения. Слово “ыйаах” родственно словам “ясак”, “ясса” (“указ”, “закон”). Можно сказать, что герои олонхо придерживаются “Яссы Чингис¬хана”!

Обожествление могущественных правителей в народной памяти дело обычное. Не забудем, что в якутском языке треть слов монгольского происхождения. Ясса Чингис-хана, сформулированная официально в 1219 году, кодифицирует “законы и запреты, часто тысячилетние, народов степей”, (Jean-Paul Roux, Histoire de l’Empire mongol, Fayard, 1993, p.144). Монголы считали, что “приказы хана выражают волю самого Бога, действительно, они иногда даже говорили: “Заветы Вечного Тенгери были были даны Чингис-хану” (Roux, Histoire de l’Empire mongol, p. 143). Существуют легенды, что Ясса были принесены зототокрылым орлом.
Тюрко-монгольские народы хана продолжала придерживаться Яссы Чингис-хана и после его смерти, “она приравнивалась к священной книге и имела для них ценность религиозного характера” (Roux, Histoire de l’Empire mongol, p. 144). Прошли века, но мы до сих пор славим героев эпоса, живущих по Яссе, т.е. придерживающихся божьих заповедей. Еще живо, например, трепетное отношение к огню и воде, удивлявшее европейских и арабских путещественников, посещавших монгол.
Но первый кодификатором тысячилетних законов народов степей и великим реформатором был очевидно (по крайней мере для меня, других не убеждаю) первый гуннский император Модун.
“Римляне пошли смотреть на борьбу и другие спортивные соревнования. Праздник кипел на всем огромном поле. Они нашли Сабира среди своих соплеменников. Сибиряков на этом празднике было мало, и они обрадовались приходу гостей. Пожилой шаман налил в огонь ложку топленого масла и прочитал речитативом тангрианскую молитву. Салвьен услышал несколько раз в потоке незнакомой речи слова “аллах от” и это его почему-то заинтересовало. Он спросил Сабира:
– Что означает слово “аллах”?
– “Аал” или “аллаах” означает в нашем диалекте “священный”, например “аллаах
уот” означает “священный огонь”, “аал мае” означает “священное дерево”. Сибиряки удивили
своих гостей несколькими способами горлового пения и виртуозной игрой на очень простом
музыльном инструменте, называемой “хомус”, пригласили на свой хороводный танец с
запевалой-импровизатором.”
Якутский дух войны Илбис по мнению Ф.Ф.Васильева происходит от арабского имени дьявола Илбис. Сохранились смутные вспоминания о божестве Алла Тангара, которое впрочем легко интрепретировать как одно из имен единого и всемогущего Тангра.
“Салвьен сносил:
– Сколько отсюда дней пути до вашей страны?
Сабир хлопнул по плечам молодого соплеменника и ответил:
– Мы всегда ездим со сменными лошадями и можем спать в седле. Вот он примчался
сюда за месяц. А если спокойно ехать, то может понадобиться три месяца. Сейчас это несложно,
Аттила организовал ямы – почтовые станции. На Урале построены заводы и мастерские
вооружения и железных изделий. Так что движение теперь оживленное – не то что раньше!
Поэтому многие стали приезжать из Сибири и Урала торговать самородным золотом, цветными
камнями и мехами: соболем, горностаем, лисицей.

Орест сказал:
– Меня впечатляет количество кибиток в стоянках вокруг города.
– Люди часто приезжают с семьями в кибитках и живут в них пока не окончат свои дела. Гунны любят путешествовать. Дорога сюда стала безопаснее чем к иранской и китайской границе.
Орест оживился:
– Римляне тоже любят путешествовать, я был в Египте, Греции, Испании, Галлии, видел
некоторые из чудес света, так много и хорошо описанных в справочниках для туристов. Эти
книги хорошо раскупаются в книжних магазинах Рима.
Потом он добавил с мечтательным тоном:
– Я бы хотел увидеть Сибирь и даже Китай, посетить места, где не ступала нога
римлянина, посмотреть, как живут неведомые нам народы.
Салвьен удивленно посмотрел на него и услышал голос Сабира, сказавшего таким же мечтательным тоном:
– Я знаю хорошо Италию, видел Аральское, Черное и Средиземное моря. Мой дед был
на востоке, видел море Байкал и теплые китайские моря. А я хочу обязательно побывать в Галлии,
дойти до последнего западного моря!”
Размеры тюрко-монгольских империй поражают. Некоторые считают, что они не могли быть эффектино управляемы. Но размеры Российской империи, еще не знавшей никакого нового по сравнению с монголами вида транспорта, тоже поразительны. Другим интересным фактом является фактическое отсутствие диалектов в языке народа саха, рассосредоточенном на пространстве в более трех миллионов квадратных километров. Ни огромные расстояния, ни горы, ни тайга не служили помехой для удивительной культурной консолидации. Известно, что в ХГХ-ом веке один якут совершил пешее паломничество в Грецию, что заняло около трех лет. Можно в шутку сказать, что заработала генетическая память о каком-то предке бывшем с Аттилой в тех краях.
В другом направлении после наполеоновских войн один английский офицер совершил пеший переход через Европу и Сибирь до Камчатки и через три года благополучно вернулся домой с молодой женой-камчадалкой.
“После полудня начались воинские игры. Римляне вернулись на свое место, откуда был хороший обзор. Одновременно начались соревнования в ловкости и джигитовке, кидании различных видов оружия, боевом единоборстве и стрельбе из лука. Онегез снова подошел к ним:
– Обратите внимание, что нет ни одного состязания, в котором жизнь противника была
бы в опасности. Эти народы слишком воинственны, чтобы дать им какой-то повод для вражды,
кровной мести или обиды. По законам Модун-хана обнажение оружия без приказа считается
тяжелым преступлением и карается смертью.”
Этот удивительный и мудрый закон известен из произведений Льва Гумилева.
“Внимание Салвьена привлекли соревнования по стрельбе из лука так как он знал, что это основное оружие гуннских воинов. Рукопашная схватка была гуннам не нужна. Неустанно тревожа блокированного противника, они стремились добиться полного утомления врага, такого утомления, при котором оружие само выпадает из рук и ратник думает не о сопротивлении, а лишь о том, чтобы опустить голову и заснуть Притворным отступлением они умели заманивать

в засаду и окружали самонадеянного противника. Но если враг решительно переходил в наступление, гуннские всадники рассыпались для того, чтобы потом снова собраться и вступить в бой. Разбить их в степи воинам оседлых империй было невозможно, уничтожить их было можно только пропустив их колонну в узкое горное ущелье и перекрыв выходы.
Римляне увидели, что в стрельбе на дальность все лучшие лучники племен участвовавшие в соревновании стреляли на более чем пятьсот шагов, а чемпион выстрелил на почти тысячу шагов!
Салвьен был восхищен:
– Невероятно! Лучший стрелок нашего легиона родом из Бретаньских островов. Он
стреляет из своего галльского лука не более чем на четыреста шагов.
Онегез объяснил:
– Гуннский лук был гораздо более прочен, чем римские и европейские луки, к тому же
тетива все время оставалась натянутой в отличие, например, от готского или галльского лука,
тетиву которого натягивают только перед боем, чтобы лук не потерял свою форму и силу. На
изготовление гуннского лука уходит от шести месяцев до шести лет Деревянная основа лука
изготовляется из дерева, выросшего в тени на сырой почве. От целого ствола мастера иногда
вытачивают основы только двух луков! Роговой слой тщательно выпиливается и полируется,
предпочтение отдавалось длинным рогам некоторых пород горных баранов. Процесс склеивания
рогового слоя на основу занимает несколько недель. Наиболее длинным является процесс
склеивания последовательными слоями сухожилий.
Салвьен воскликнул:
– Я знаю, что гуннский лук состоит из трех слоев, но не знал, что этот процесс такой
сложный! Наши луки делаются из цельного дерева.
Орест добавил:
– Я знаю, что все попытки римских инженеров и мастеров воспроизвести гуннский лук
были безуспешны. Впрочем, как и попытки довести железо до плавления и лить изделия из
чугуна как гунны на Урале.
Попытки воспроизведения тюрко-монгольского лука безуспешны до сих пор.
«Онегез усмехнулся:
– Гунны строят огромные печи и используют каменный уголь. Римские инженеры слабее
мастеров народа, которых ваши императоры продолжают упорно считать
варварами. Но римские инженеры уважают своих гуннских коллег. Были попытки
подкупа наших ведущих оружейников и металлургов.
Начались соревнования по стрельбе на полном скаку. Всадники с невероятной быстротой пускали стрелу за стрелой, промчавшись возле цели они продолжали стрелять с той же меткостью, полуобернувшись в седле.
Орест заметил:
– Стремена и удобное седло дают больше устойчивости всаднику.

Салвьен поддержал его:
– Это очень важно в сражении, кроме того всадник меньше устает в походе. Я не думаю,
чтобы даже гунны могли бы спать в седле, продолжая скакать, если бы у них не было бы стремен
и удобных седел. Наши офицеры начали тоже обзаводиться стременами и переняли некоторые
виды гуннского вооружения.
Онегез снова усмехнулся:
– Но сила привычки велика. Римляне даже не осознают, как примитивны их упряжки,
которые буквально душат бедных лошадей. Введение хомута сделало бы настоящую революцию
в транспорте и сельском хозяйстве. Посмотрите внимательно на гуннские кибитки.
Началась стрельба бронебойными стрелами. Салвьен нахмурился, увидев чучело римского воина в старинном пластинчатом панцыре:
– Теперь наши легионеры предпочитают носить кожаные доспехи.
Онегез засмеялся:
– И со времен императора Гратьена многие легионеры не надевают шлемы, а гуннская
тяжелая кавалерия закована в латы и кольчуги с головы до ног. Даже их кони защищены броней.
Салвьен с тревогой увидел, что гуннские бронебойные стрелы пробивают железную броню с расстояния в двести шагов. Он вспомнил про Аэция и подумал: “Хорошо иметь таких друзей!”, потом встрепенулся. Ему показалось, что он снова слышит голос Галлы Пласидиа: “Я молю Бога, чтобы небо над нашей Империей было как можно безоблачнее!”
Римлянин посмотрел на небо. Над гуннской столицей ярко светило солнце и на небе не было ни одного облака.»
Мы не будем обсуждать вопрос: являлась ли держава гуннов империей? В периоды могущества, во времена Модуна и Аттилы никто в этом не сомневался, что нашло отражение в равноправных договорах с империями и в других письменных источниках.
“Салвьен нахмурился и нетерпеливо перебил его:
– В чем заключается церемонии выступления армии в поход у гуннов?
– Белый шаман читает молитву Тангра за успех кампании, – объяснил Сабир. – Затем военоначальник дает именем Бога клятву верности ханам. Потом белые шаманы и другие священники с командирами подразделений проводят церемонию очищения оружия и воинов.
– Значит Аэций дал торжественную клятву верности ханам! – воскликнул Салвьен.
– Разумеется! – подтвердил Сабир. – Иначе он не получил бы армию в шестдесять тысяч всадников.
***
Через несколько дней приехал посланник Аэция и остановился в соседнем доме. В первый же вечер Орест пригласил его в свою резиденцию на ужин. Посланник Марк оказался офицером лет пятидесяти, бывшим слугой матери Аэция, сопровождавшим юного Аэция во время его пребывания в 405-408 годах у гуннов. В начале ужина он с Орестом накормил духа огня и потом заметил:
– Интересно, что гунны, которые жили раньше так далеко от нас, тоже перед каждым
ужином кормят духа огня!
Салвьен добавил:
– Оказывается у них есть также обряд очищения армии и оружия как у наших предков. Орест воскликнул:
– И на их знаменах развеваются равносторонние кресты!”
Было бы забавно, если бы оказалось, что, хорошо сохранившийся до сих пор обычай кормления духа огня предки якутов переняли у римлян. Но это, конечно, маловероятно.
Римляне не скучали. Марк познакомил их со многими своими друзьями, и Салвьен теперь знал много о зарождении дружбы Аттилы и Аэция. Большинство из этих друзей, которые знали Аттилу с детства, теперь были командирами воинских частей, расквартированных вокруг столицы. Они были очень гостеприимными и дружелюбными, охотно отвечали на все вопросы римлян и сами интересовались всем – от женщин и кулинарии до военного дела и религиозных споров. Салвьен с удивлением отметил, что гунны практически не знают ругательных слов -самым сильным ругательством было сравнение с каким-нибудь животным. Вино употребляли только самые богатые. Все пили в огромных количествах, до легкого опьянения, шипучий кумыс.
У якутов тоже нет сильных ругательств, приходиться при необходимости прибегать к помощи других более развитых в этом плане языков.
« Ужин у одного общего друга Марка и Сабира закончился исполнением героического эпоса. Сказитель рассказывал речитативом и пел слова персонажей. Сабир тихо переводил для римлян наиболее интересные места: “Если посмотришь на запад, то можно видеть море Арат и восемь его заливов, много дней нужно, чтобы его обойти, великое море с постоянно грохочущими волнами. Эта страна в центре мира была несравненной красоты со своими бесконечными равнинами”… »
Ойунский думал, что в этом известном отрывке из героического эпоса олонхо речь идет об Аральском море, т.е. стране дедов Аттилы. Олонхо признано наиболее архаичной формой героического эпоса тюрко-монгольских народов.
« “Для чьих ушей слово родина звук пустой, для чьих очей степи отчие не милей зарубежных, тучных полей, тот не настоящий воин-батыр!”
“Лишняя горсть праха, несколько лишних капель крови на земле – так и должен кончать жизнь мужчина! Позор – умереть в юрте от старости и болезней.”
Салвьен отметил, что поединки богатырей, если даже один из них чудовище, регламентированы и происходят с соблюдением воинского этикета: о нападении предупреждают, у побежденного осведомляются об его последнем желании, возможна пощада достойного противника. Представления о чести, славе и добром имени, пронизывают повествование, охватывает не только прижизненную, но и посмертную славу, – они наиболее дороги для батыра. Выше всего на свете для богатыря и его противников, для всех главных деятелей былин их высокое имя и слава: “Я урезал твое высокое имя; я изгрязнил твое белое лицо; я твою славу урезал!” – обращается победитель к поверженному врагу. Даже дьявольский богатырь настолько чувствителен к чести, что в самую критическую минуту последнего испытания соглашается на верную гибель, когда гуннский богатырь напоминает ему о добром имени. Салвьен много раз услышал: “Одун Хан урагынан” и спросил, что это означает, у Сабира. Тот объяснил, что речь идет о законах первого императора гуннов – хана Модуна, которым неуклонно следуют все положительные герои эпоса. Эпический рассказ длился всю ночь и кончился под утро женитьбой главных героев, свадьбой, являющейся одновременно праздником победы.
Белая шаманка благословила героев:
“Чтобы кончились сражения и смерть и чтобы черные силы удалились. Живите в м ире, чтобы строить изгороди для размножающегося скота, чтобы мастерить колыбели для детей, чтобы был достаток и мир для потомков ваших потомков!”

Римляне были восхищены этим вечером и, возвращаясь домой, оживленно обменивались мнениями:
– Этот эпос мне напоминают “Илиаду”! – сказал Орест.
– За исключением того, что противники являются могущественными дьявольскими племенами, – заметил Салвьен.
Марк объяснил:
– В эпосе почти никогда не фигурируют среди врагов реальные племена. По-моему это
соответствует законам Модун-хана, которые были направлены на консолидацию всех степных
племен. Герои являются гуннами – представителями Солнечного племени “кюн” или “гюн” с
поводьями за спиной, то есть исповедующими тангианскую религию. »
Выражение «иметь поводья за спиной» означает «повиноваться воле Бога».
« Орест оживленно заметил:
– Герои эпоса являются защитниками своей страны, не заметно никакого чувства
агрессивности. Вы видели как горели глаза у мальчиков, когда они слушали сказителя! Этот
эпос воспитывает их в в духе воинской чести, доблести, самообладания.
Марк добавил:
– А также любви к родной стране и уважения к женщинам. А некоторые наши римляне
презирают этот сильный и благородный народ. Это может кончится плохо.
Салвьен возразил:
– Я заметил, что гунны тоже презирают римлян. Они почему-то часто смотрят на нас
снисходительно.
Марк терпеливо объяснил:
– Речь идет только о чувстве превосходства всадников над пешими. Ведь у нас самих
сословие всадников-рыцарей составляет костяк римской знати. Для гунна непрестижно ходить
пешком, спешенный или упавший с коня воин считается практически обреченным. Степной
воин должен иметь и запасных коней, слово “однолошадник” имеет пренебрежительный оттенок.
Уважающий себя богатырь должен ездить на семилетнем великолепном коне. Использование
под седлом коня в раннем возрасте – свидетельство бедности его владельца, который не имеет
возможности ждать, пока конь достигнет нужного возраста. Даже временно лишившись коня,
мужчина роняет свое достоинство, например, когда ему приходится ехать на чужом коне вторым
седоком при утрате своего коня. Нормальным для мужчины считается только езда на верховом
коне – передвижение в повозке для него неприемлемо. Спешивание одного из всадников при
встрече с другим символизирует признание превосходства по знатности, по возрасту или в
каком-нибудь другом отношении.
Орест произнес задумчиво:
– А наши кавалеристы иногда привязывают себя веревкой к своей лошади, никто не
может стрелять полуобернувшись на полном скаку, даже визиготы.
Потом улыбнулся:
– Поэтому нас возят часто в бричках. Как женщин! »
Слово “chevalier” (“рыцарь”) означает просто “всадник”.
“Приехал Аттила со своим прекрасным эскортом гордых всадников на великолепных рысаках и блестящими на солнце доспехами. Римляне, затерявшись в толпе горожан, с интересом наблюдали за его въездом в город. Молодые девушки, одетые в белые платья из тонкой ткани, держали в поднятых руках занавес, под которым проходили с песнями другие, группами по семь девушек. Они приветствовали Аттилу и пошли перед ним. Жители столицы приветствовали торжественную процессию радостными криками.”

Эта сцена, напоминающая якутские обычаи, описана греческим дипломатом Прискосом.
«В первый день Аттила собрал Марка, Онегеза, Ореста, Салвьена и гуннского офицера по имени Едекон, хорошо говорившего по-латински. Молодой хан выступил с короткой речью:
– Во время моего путешествия я встретился на Урале и много беседовал с послом голубых тюрков, гуннского народа на Алтае. Они великолепные металлурги и многие их мастера работают в наших военных мастерских. Поэтому они знали о моем приезде. Тюрки, находясь на одинаковом расстоянии от нас и Китая, хорошо информированы о том, что происходит в мире. Ситуация сильно изменилась за последние годы. Китайской империей правит династия табгачей, к северу от них сформировалось государство жужаней. Табгачи и жужане являются родственными нам народами. Поэтому кроме гуннских народов: нас, жужаней и табгачей сегодня во всем мире существуют только две серьезные силы. Это Иран, который представляет по-прежнему сильную империю и две римские империи, продолжающие считать себя центром вселенной. Гуннские народы преодолели все трудности, возникшие после дислокации и гибели империи, основанной волей Тангри великим Модуном. Это было нелегко и хан Оруос и мы сделали большие усилия, чтобы сплотить гуннские и другие народы и племена от Дуная до Урала и Аральского моря.
Аттила отчеканил, выделяя каждое слово:
– Гунны верят, что на небе есть только один Бог и будет день, когда на Земле тоже будет только один правитель. Тогда не будет больше войн.
При этих словах римляне невольно сжались и тревожно переглянулись.»
Жан-Поль Ру пишет: “Это была сильная идея тюрков и монгол, повторяемая в течении двух тычяч лет от древних гуннов (хуннов) до оттоманских турок: “Как на небе есть только один Бог, то и на земле быть только один правитель” … Это будет стоит дорого. Целое поколение будет принесено в жертву Но результат оправдает приложенные усилия, если не будет больше войн” (Roux, Histoire de l’Empire mongol, p. 242).

“Аттила выдержал короткую паузу и продолжил обычным голосом:
– Народы римской империи вспоминают сегодня с ностальгией о “pax romana”. Бог
отвернулся от Рима за безмерную гордыню его правителей и богачей, за недостойное их
отношение к себе подобным, за все их другие грехи. Теперь он снова благосклонен к гуннам,
которые способны установить “pax hunna” от Дуная до Китая. Если бы мы сегодня заключили
союз с табгачами, то на Земле быстро бы установилось господство гуннов. Но история нас
научила быть очень осторожными с Китаем и их императорами. Поэтому мы будем строить и
укреплять свое сильное государство. Жужане служат буфером между нами и Китаем, мы не
будем сильно конфликтовать с ними, хотя к этому нас побуждают алтайские голубые тюрки.
Думаю, что путь ко всеобщему миру будет долог и очень труден. Мы доказали нашими делами,
что не имеем агрессивных намерений против римлян. Наши воины, служащие наемниками в
римских армиях, довольны. Наше государство получает свою долю доходов. Для нас достаточно
размеров нашего государства. Мы имеем теперь самые лучшие в мире пастбища для наших
коней и скота – главн ого богатства гуннских народов. Ваш историк Тит Ливии тоже думал, что
Рим должен господствовать в мире благодаря доблести граждан и благосклонности богов. Но
теперь у вас нет ни того, ни другого. Мы изучаем опыт табгачей, которые основали в Китае
свою императорскую династию. Императорская конница состояла из табгачей и всадников из
других гуннских народов, пехота из китайцев, для управления страной табгачи продолжают
использовать китайских чиновников и систему администрации. Теперь Китай выходит из
кризиса Для римлян и нас этот опыт представляет большой интерес. Вы тоже могли бы выйти
из кризиса, если мы сможем реализовать подобный союз здесь на Западе. Другого выхода для
вас я не вижу. Ведь Западная римская империя держится на самом деле только на копьях гуннских
наемников. Я сторонник постепенного углубления наших отношений до союзнических, чтобы
попытаться установить “pax hunna-romana” от Испании до Урала. Тогда, может быть, мы найдем
общий язык с табгачами, и Бог поможет нам всем установить всеобщий мир. Я не забываю про
другие народы.

 

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДПИШИСЬ
ПОДЕЛИТЬСЯ:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • MySpace
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • LinkedIn
  • Одноклассники